Живая глинка

Приезжала как-то в Новосиль Вера Синюкова – кто она, история умалчивает. Но лучше ее, по-моему, никто не написал о чернышинской игрушке. И я не хочу присваивать ее слов (Синюкова В. «Да не иссякнет источник души!». – «Новосильские вести», 25 июля 1997).

Разговариваю с людьми, интересуюсь рукотворной красотой, мастерицами-рукодельницами. Расспрашиваю, не сохранились ли у кого старые картины с лебедями да русалками, а нахожу – Чернышинскую игрушку. Здесь, в Новосиле, живет народный мастер Анна Харитоновна Афанасова – последняя, чьи руки и душа помнят традиции старинного народного промысла деревни Чернышино – глиняную расписную игрушку.

Чудо творчества. Нехитрые, казалось бы, персонажи выходят в новую жизнь, но такие близкие, памятные, теплые и уютные. И радуют они не только детей, но и взрослых, ибо напоминают об общечеловеческих ценностях, красоте, дарят радость настоящую, от души – к душе, от сердца – к сердцу. Разве можно сравнить с бездушной китчевой (и в основном дорогой) игрушкой исполненных достоинства местных красавиц в народных одеждах. Бабы, барыньки с косами и убранными головками, различными украшениями и всем облачением, исполненным большого смысла, который для современного человека растерялся на дорогах времени. А Анна Харитоновна помнит… Вообще весь рукотворный процесс помнит. И уже не глиняная игрушка, целый образ народа, времени, глубинная мудрость перед нами в этой глиняной бабе с младенцем на руках.

Скромный ракурс – всего несколько цветов, штрихов, точек – народное искусство удивительно точно и лаконично в своих приемах, немногословно. Народная простота и правда – в непритязательных свистульках, птичках, поросятах. Держишь в руках такую игрушку и думаешь: как легко мы поддались на яркий, пустой чужеземный китч, променяли живую душу на машинную, разучились видеть в малом великое, в простоте – мудрость.

Задумываемся ли мы, сколько труда вложено в рукотворную вещь – вот в эту глиняшку, например. Для кого-то она – безделица, детская забава, а ведь за ней труд, да еще какой и не только творческий. Сначала глинку нужную отыскать надо, привезти, замочить, вычистить, промесить и отбить вручную, чтобы не липла, как масло маслилась – и все это с любовью, лаская да приговаривая. Глинка-то ведь – она живая, она целебная, все болезни из нас вытягивает. Свойство такое природное имеет, кстати сказать.

И вот, наконец, бесформенный комок начинает проявлять формы. Пальцы Анны Харитоновны ловко и быстро лепят головку, грудку, руки, укладывают лепешечки украшений, плетут косу, отсрочивают одежду. Три дырочки спичкой – и вот уже обозначилось лицо. И каждое – свой характер, образ, колорит. Теперь скульптуру надо высушить, сначала на воздухе, а затем в печи. И здесь – вот уж поистине духом, смекалкой и изобретательностью силен русский человек – эта хрупкая и уже далеко не молодая женщина своими руками (и откуда только силы взялись) из камня, кирпича и глины печь для обжига сложила.

Богатые залежи глины способствовали развитию гончарного производства в селе Чернышино Новосильского района, начало которому положили казаки, населившие эти места еще в 16 веке.

Характер промысла не требовал особых приспособлений. По весне из оврагов приносили очень вязкую белую глину, хранили ее с год в погребе. Затем в открытой яме оборудовали горн, обжигали посуду.

Это то, что известно. А если пройдешь по новосильскому парку (горсад он здесь называется) – чуть правее от центральной аллеи и сегодня можно заметить характерный рельеф – вот где, говорят, кипело гончарное производство! Нигде и никем не описано.

Подобный изборожденный рельеф мы встречаем и на берегу Зуши у деревни Шенский Мост. Сейчас на остатках кирпичного завода здесь, говорят, разводят страусов. Или планируют разводить. А чуть дальше – к деревне Тюково – тут уж кирпичный завод не при чем. Что-то безмолвно говорит о том, что и здесь была какая-то древняя «цивилизация».

Один любознательный москвич-дачник (а родом отсюда) раскопал в своем огороде «конные мины» - явно здесь было их производство. Сами изделия кованные, а времена – аж монголо-татарского ига: «минки» эти разбрасывали в реке вдоль брода, а когда монголо-татарские конники въезжали в брод, лошади, наступая на торчащие острия этих изделий, падали тут же от боли. История!

Рекоменудем посмотреть:

Ю. Смит - фотожурналист
Кто самый выдающийся фотожурналист прошлого века? Большинство фотографов, если их спросят, ответят: «Юджин Смит». По многим показателям У. Юджин Смит кажется неподходящим для этой почтеннейшей, хотя и неофициальной чести. Он достиг почти ...

Виды назначений скульптуры
По своему назначению скульптура подразделяется: - на монументальную; - на монументально-декоративную; - станковую; и - скульптуру малых форм. Первым и, пожалуй, основным является раздел монументальной скульптуры, к которой относятся одно ...

Система обслуживания пользователей в библиотеке
Библиотечное обслуживание - это открытая, многоуровневая подсистема библиотеки по предоставлению разнообразных информационных услуг, ориентированная на пользователей. Поэтому функционирование этой подсистемы связано с мониторингом, анализ ...