Фотожурналистика

Современная фотожурналистика стала возможна с изобретением малогабаритной камеры. Появление 35-миллиметровой «лейки», которая была создана в 1914 году и выпущена в продажу в Германии в 1925 году, внесло много значительных изменений в каждую область фотографии. Новая камера позволила фотографам увидеть обычные и привычные объекты в новых, более смелых перспективах и расширила их возможности лучше видеть и оценивать их очертания и формы в пространстве.

Закулисные съемки известных международных политических деятелей на конференциях Лиги Наций в конце 1920-х годов делал отличный юрист, владевший многими языками, Эрих Саломон, который одним из первых стал пользоваться малогабаритной камерой в информационных целях. Это его имели в виду, когда говорили, что «необходимы три условия для проведения конференции Лиги Наций: несколько министров иностранных дел, стол и Эрих Саломон». Фотографы газет и журналов с тех пор следуют его манере, снимая по ходу событий, не дожидаясь позирования.

Саломон был смелый и одновременно изобретательный фотограф. Он разработал несколько трюков, которые позволяли ему обойти запреты на съемки политических совещаний в 1920-х и 1930-х годах. К числу его выдумок относились такие, например: он проделывал дыру в своей шляпе-котелке, а дыру закрывал объективом своей камеры, находившейся под шляпой; носил руку на большой перевязи, словно она у него болела, а в перевязь прятал камеру; носил с собой книгу, в ней вместо страниц была пустота, в которой помещалась камера; прятал камеру в цветочные горшки, а затвор приводил в действие дистанционно. «Охотничьи угодья» Саломона не ограничивались комнатами конференций международных политиков в Женеве, Париже, Лондоне и Вашингтоне, он снимал также и не политические события — судебные процессы об убийствах, балы и концерты, заставая врасплох принцев, президентов, трубочистов. Он был настоящий фотоисторик — первый в фотографии — равно как и художник редкой цельной натуры и мастерства.

Когда нацисты ликвидировали знаменитое издательство в Уллштейне с его тремя иллюстрированными журналами, для которых Эрих Саломон, Альфред Эйзенштедт, Филипп Халсман и Фриц Горо (последние трое позже работали в журнале «Лайф») делали великолепные информационные фотографии, целая армия отличных фотографов и редакторов разъехалась во все концы земного шара. Они основали новые журналы, которые с той поры стали известными во всем мире. Эрих Саломон и его семья погибли в газовых камерах Освенцима. Остался живым только его сын Петер Хантер-Саломон.

Подобно Картье-Брессону и другим мастерам малогабаритной камеры, Эйзенштедт любит снимать события в действии. В любом событии он видит его отдельные части — начало, кульминацию и окончание, и он никогда не ошибется в выборе самого важного момента. Часто фотографии выполняют либо роль иллюстраций, либо являются результатами технических экспериментов и быстро забываются, другое дело работы Эйзенштедта. Многие из них при каждом новом просмотре становятся все более привлекательными. Его лучшие работы пробуждают эмоции, заставляют смотреть на них снова и снова, чтобы найти свежие ассоциации, новые интерпретации. Их сила заключена в простоте построения. Портреты, сделанные Эйзенштедтом, ясно обнажают дух и характер позирующих ему, неважно, являются ли они прославленными или неизвестными личностями. Его жанровые работы своей интимностью делают зрителя соучастником, они вселяют в него такое ощущение, словно он сам стоит за спиной фотографа. Таков, например, снимок симпатичной черноволосой девушки, сидящей в ложе в прекрасном пятиярусном оперном театре Ла Скала в Милане. Это напряженный момент, за мгновение да того, как дирижер поднимет свою палочку и погаснет свет на привлекательной, праздничной сцене. Превосходный, точный стиль Эйзенштедта выработался в результате его первых опытов работы с малогабаритными камерами, после того как он мастерски освоил пейзажную фотографию. Раннее, мягкое, художническое стремление к плотным теням и мягкому белому цвету легко найти и сейчас в его откровенных, реалистических фотографиях сегодняшнего дня.

Рекоменудем посмотреть:

Религия империи 1-2 вв. н.э
«1 век – это период постепенной рационализации и обмирщения римского общества. Верно, что религиозный скептицизм пробивал себе медленно дорогу и охватывал просвещенные круги римлян, но нельзя забывать также и о том, что гражданские войны ...

Цветотерапия и костюмотерапия
Значительную роль в освоении песенного фольклора играет также терапия русским костюмом и его цветовыми сочетаниями, характером узора. В ходе занятий у участников неизбежно повышается художественная компетенция, но помимо этого совершенно ...

Человеческая комедия
Анри Картье-Брессон — это настоящий детектив с камерой: человек, который никогда не назойлив. У него есть удивительная способность сделать себя частью окружающей обстановки. И когда кто-то замечает его присутствие с камерой, он, стараясь ...